Род GAUROTES J. LEC

J. Leconte, Journ. Acad. Philad. (2) 1, 1850 : 324; Thomson, 1860:144, 156; 1854 : 408; Lacordaire, VHl, 1869:442; Ganglbauer, 18H : 685, 1882:7; Reitter, 1912: 10; Piavilstshikov. Ann. Mag’. Nat. Hist. (9) XVI, 1925 : 323—332 (synopsis). — Carilia Mulsant, 1863: 489.

Тип рода: Gaurotes cyaneipennis Say 1823.

Голова несколько вытянутая перед глазами. Щеки длинные, в боко­вой части заметно длиннее поперечника глаза. Виски короткие, сильно

Округлены, постепенно сужены кзади, задние углы едва намечены или незаметны совсем; перетяжки сзади висков нет, а потому их задние гра­ницы установить трудно. Последний членик нижнечелюстных щупиков довольно длинный, почти параллельный, без расширения к вершине. Уснки тонкие, короче тела, 4-й членик короткий, короче 1-го или 3-го чле­ника, 5-й длинный. Переднеспиика с небольшим бугорком на боковом краю. Надкрылья короткие нли заметно вытянутые, округленные или вырезанные на вершине, в глубокой пунктировке, металлически блестя­щие. Отросток переднегрудн короткий, сильно заостренный, обычно ие заходит за середину передних тазиков. Отросток средиегруди широкий н более длинный, обычно с бугорком, очень сильно развитым, 1-й члеиик задней лапкн не длиннее 2-го и 3-го члеников вместе взятых.

Род свойственен преимущественно голарктнке, только немногие виды его распространены в палеархеарктнке; целиком отсутствует в Африке и тропической Азии. В состав рода входит до 20 видов, причем в Европе распространены только два внда: широко распространенный в Европе и Сибири G. virginea L. н обладающий очень небольшим ареалом в Кар­патах, явно реликтовый G. excellens Brancs.; в Сибири род представлен тремя видами (палеарктический G. virginea L. и палеархеарктические G. ussu — r.’ensis Bless., G. kozhevnlkovi Plav.), затем известно два вида из Японии (G. suvorovi Sem., G. doris H. W. Bates) н несколько видов нз Китая, греимущественно нз его северо-западной части, н из Монголии (G. adelpha G angib., G. fair maire i Auiiv., G. tuber culicoll’s Blanch.). В С. Америке род представлен по крайней мере 8 видами. Большинство видов рода Gaurotes обладают очень небольшими ареалами, и только G. virginea L. распространен от берегов Атлантического до берегов Тихого океана и от границ лесов на севере почти до берегов Средиземного моря. Экология и развитие даже для обычного G. virginea L. остаются почти неизученными. Род распадается иа два подрода: Gaurotes s. str. (над­крылья иа вершине округлены) и Paragaurotes (надкрылья на вершине вырезаны).

ОПРЕДЕЛИТЕЛЬНАЯ ТАБЛИЦА ВИДОВ

1 (6). Надкрылья на вершине округлены, наружный вершинный угол

Совсем сглажен, шозный угол прямой или чуть выдается. (Подрод

Gaurotes s. Str.).

2 (5). Надкрылья в несколько менее грубой пунктировке, шовный кант

Гладкий на всем протяжении, пунктировкой ие затронут совсем.

Брюшко красное.

3 (4). Переднеспиика черная или черная с неясными красными пятнами,

Не одно цвет но-красная……………………………….. * 1. G. virginea L.

4 (3). Переднеспиика одноцветно красная…………………………………………..

……………………………………….. * la. G. virginea thalassina Schrank.

5 (2). Надкрылья в более грубой пунктировке, обычно частично затраги­

Вающей и шовный кант. Брюшко черное. Переднеспинка красная,

Обычно зачерненная иа переднем и заднем крае………………………….

………………………………………………………. * 2. 6. kozhevnikovi Plav.

6 (1), Надкрылья иа вершине вырезаны или срезаиы, наружный вершин­

Ный угол острый или выдается, шовный угол обычно торчит зубчи­ком. (Подрод Paragaurotes Plav.). Брюшко черное, ноги двуцветные, передиеспиика цвета надкрылий, очень густо морщинисто пункти­рована * 3. G. ussuriensjs Bless.

Gaurotina splendens (В. Jak.)

В. Jakovlev, Horae Sdc. Ent. Ross., XXVU» 1893:444 (Gaurotes); Piavilstshikov, Ann. Mag. Nat. Hist. (9) XVI, 1925:326, 331 (Gaurotes).

Голова густо и довольно сильно пунктирована, только в задней части затылка (шейная часть) в заметно более редкой пунктировке, лишь с немногими мелкими точками; сзади глаз вдавлена; покрыта короткими желтоватыми волосками. Переднеспинка в длину почти такая же, как и в ширину, кпередн заметно сужена, перетяжки у вершины и основания развиты достаточно сильно; на диске умеренно выпуклая, с едва намечен­ной продольной бороздкой, которая у основания переднеспинки сильно углублена и образует здесь глубокую яму; спиино-боковые бугры наме­чены достаточно ясно, боковой бугорок тупой; сильно и морщинисто пунктирована, покрыта короткими желтоватыми волоскамн. Щиток чер­ный, почти гладкий. Надкрылья параллельные, у вершины сужены, на вершине округлены; плечевые бугры сильно выпуклые, очень крупно пунктированы, промежутки между точками приподняты, образуя выпуклые червеобразные морщины; шов пунктирован; в коротких желтоватых волосках. Нижияя сторона тела довольно густо пунктирована, покрыта ярко-желтыми волосками. Тело черное, голова и переднеспинка со слабым металлическим отливом; надкрылья металлически блестящие, морщины на них изумрудно-зеленого цвета, точки с темнофиолетовым отливом; задне — грудь, кроме боков, брюшко н ноги светлорыжие, лапкн, вершины бедер и основания голеней — черные. Длина 13 мм.

Распространение: известен только из басс. р. Чикоя в Забай — кальи (по р. Чнкой; Ямаровка на Никое). Очень редок — как кажется известен до сих пор только в двух экз. (тип В, Яковлева в ЗИН и вто­рой из Ямаровки).

Легко узнается как по родовым признакам, так и по грубой скульп­туре надкрылий. От второго вида этого рода—G. superba Gangflb.— отличается следующими признаками:

А (б). Тело бледиожелтое, надкрылья красивого синевато-зеленого цвета, голова, усики, два больших боковых пятна и гладкая срединная линия иа Переднеспинке, щиток, вершины бедер н основания голе­ней — черные, членикн лапок на вершине буроватые. Голова н передне — спннка матовые, умеренно сильно, но очень густо, морщинисто пунктированы. Надкрылья в густой и сильной морщинистой пункти­ровке. Длина 15.5 мм G. superba Ganglb.

Б (а). Тело черное, голова и переднеспинка с слабым металлическим отливом, надкрылья металлически блестящие, морщины иа них зеле­ные, точки темные, заднегрудь, кроме боков, брюшко и ноги светло — рыжне, лапки и колени черные. Надкрылья в очень грубых морщинах. Длина 13 мм G. splendens В. Jak.

Род GAUROTINA GANGLB

Ganglbauer, Horae Soc. Ent. Ross., XXIV, 1889 : 49; Piavilstshikov, Ann. Mag-. Nat. Hist. (9) XVI, 1925 : 324.

Тип рода: Gaurotina superba G anglbau er 1889.

Голова узкая, несколько вытянутая перед глазами. Щеки длинные, виски так коротки, что едва заметны. Усики тонкие, 3-й и 4-й члеиики короткие, вместе взятые равны длине 5-го членика, 11-й членик с едва намеченным придатком. Переднеспинка с хорошо намеченными перетяж­ками у вершины и основания, небольшим боковым бугорком и довольно большим тупоконическим бугром на боку, над и несколько сзадн обычного краевого бугра. Среднегрудь без бугорка, отросток средиегруди иа конце округлей. В остальных признаках очень схожа с Gaurotes J. Lee., от кото­рого отличается строением передиеспинки и среднегруди.

В состав рода входят всего два вида, оба чрезвычайно редких; один нз них описаи из Ганьсу (G. superba Ganglb.), второй найдеи в Забай­калья, иа границе с Монголией (G. splendens В. Jak.).

Sachalinobia koltzei (Heyd.). (Фиг. 126)

Heyden, Deut. Ent. Zts? hr., XXXI, 1837:304 (Brachyta);

Якобсон, 1910; т. 67 ф. 24. —retata Jacobson, Ann. Mus.

Zool. St. Pйtersb., IV, 1899 : 40 (Sachalinobia).

Голова умеренно крупно, но очень густо морщинистая и пунктированная, с резко наме­ченной продольной бороздкой между уснками, доходящей до заднего края темени. Усики до­стигают последней трети ($) нли середины (з) надкрылий, покрыты нежными волосками. Пе­реднеспинка в длину заметно больше, чем на основании В Ширину, К вершине слегка сужена, Фиг. 126. Sachalinobia koltzei перед серединой умеренно расширена и здесь Heyd. X 3-5 4.

Несет тупой боковой бугор, перед вершиной

Широко и довольно глубоко перетянута, перетяжка у основания неши­рокая и неглубокая; на диске почти плоская, с слабо намеченной про­дольной бороздкой, нередко совсем неясной; густо и неравномерно, червеобразно, морщинистая, в промежутках мелко пунктированная, вдоль диска с неправильной гладкой линией, на осиованин очень сильно окантована. Надкрылья вытянутые, от основания умеренно сужены кзадн, иа вершине округлены, с слегка выдающимся шовным углом; покрыты сетью очень грубых морщин, образующих ячейки, в ячейках крупно пунктированы (точки несут по волоску), плечевой бугор без ячей, крупно и морщинисто пунктирован. Грудь н брюшко густо пунктированы. Верхняя сторона тела усажена короткими и редкими желтыми волосками, нижняя сторона тела густо покрыта лежачими, шелковисто-серыми воло­
сками, ноги в более коротких и более нежных волосках. Тело течиобурое или почти черное с заметным бронзовым отливом, надкрылья с темно­зеленым нли бронзовым отливом, заметно блестящие, с желтой или красноватой перевязкой сейчас же сзади середины; ноги буро-красные или темнорыжие, передние бедра обычно зачернены вдоль переднего края, средние и задние бедра часто зачернены на вершине, иногда и на основании, голени по б. ч. зачернены на вершине, лапки по большей части черные; усики одноцветно-черные, изредка рыжне, иногда первые членики частично рыжие или бурые. 5-й брюшной стернит по б. ч. с легкой вырез­кой на конце. 2 отличается от <5 более короткими усиками, более крупным телом, с более широкими переднеспинкой и надкрыльями, кончик брюшка у иее обычно выдается из под надкрылий. Длина <о 13—16, 9 14—18 мм.

Распространение: в В. Сибири распространен, начиная от слияния pp. Шилки и Аргуни до берегов Тихого океана, где достигает устья р. Амура; Корея, Манчжурия, весь Сахалин, Япония.

Экология. Лёт жуков в июне—июле; встречается и в сентябре (запоздавшие особи?). Развитие иеиззестно.

Род SACHALINOBIA JACOBS

Jacobson, Ann. Mus. Zool. St. Pйtersb., IV, 1899:39.

Тип рода: Sachalinobia koltzei Heyden 1867.

Голова несколько вытянутая перед глазами. Щеки очень длинные, заметно длиннее поперечника глаза. Виски короткие, заметно короче половины поперечника глaзa^ иазади округлены, без резкой перетяжки, задине углы их ие торчат. Глаза едва выемчатые. Последний членик нижнечелюстных щупиков сильно расширен, почти топоровидный, у $ более

Крупный, чем у 2, и с резко намеченным продольным вдавлением. Усики

Длинные и тонкие, 4-й членик короткий, гораздо короче 1-го, 3-й заметно

Род SACHALINOBIA JACOBSКороче 5-го, 11-й длиннее 3-го членнка. Переднеспинка длинная, с широкой перетяжкой у переднего края, боковые бугры тупые, иногда очень слабо намеченные. Надкрылья заметно вытянутые. Отросток переднегруди короткий и сильно заостренный, не заходит за передние тазики. Отросток среднегрудн широ­кий, на конце глубоко вырезан. Эпнстерны эаднегрудн заметно сужены к концу. 1-й членик задней лапки равен длине 2-го и 3-го члеников вместе взятых. Надкрылья Покрыты сетью очень грубых, сильно приподнятых морщин, в ячейках сети крупно пунктированы По этому признаку легко отличим от всех других родов трибы. Монотипический род, свойственный па- леархеарктике, из пределов которой только слегка выходит иа северо-западе.

Evodоnus (Evodinellus) borealis (Gyllh.). (Фиг. 124, 125)

Gyllenhal, Ins. Suec., IV, 1827 : 36 (Leptura); Mulsant, 1863 :487 (Pachyta); Ganglbauer, 1881: 712; 1832 : 34 (Brachyta); Якобсон, 1912, т. 69, ф. 20; Reitter. 1912 :10; Плавильщиков, Ревиз., 1915:358, 377. — grisescens Pic, Echange, V, 1889:78 (Pidjnia).

Легко узнается по узкому телу, длинному 1-му членику задней лапки, тонким и длинным уснкам, т. е. по признакам под рода Evodinellus. От зторого вида этого подрода,

Фиг. 124. Evodоnus bor2alis Gyllh. X 6—8.

подпись: 
фиг. 124. evodоnus bor2alis gyllh. x 6—8.
E. clathratus F., отличается мел­кой пунктировкой надкрылий (у E. clathratus надкрылья в мел­ких продольных углублениях в первой половине, в круглых углублениях — во второй; этот вид у нас не найден и вряд ли будет иайден). Голова довольно короткая, густо пунктирована.

Уснки тонкие и длнииые, дости­гают последней четверти над­крылий, иногда нх последней пятой (у $ длиннее, чем у з);

3- й членик сильно вытянутый.

Переднеспинка в длину гораздо больше, чем в ширину, узкая, к вершине заметно сужена, на диске почти шарообразно вы­пуклая, с резкими перетяжками, боковые бугры развиты слабо; густо пунктирована, покрыта короткими темными волосками.

Надкрылья сильно вытянутые, к вершине очень умеренно су­женные, у 2 почти параллельные, на вершине округлены;плечн вы­даются дозольно сильно; мелко и густо, морщинисто пунктированы, покрыты нежными буроватыми воло­сками. Нижняя сторона тела в мелкой пунктировке и шелковистых серо­бурых волосках. Пнгидий $ вырезан и выгнут* заметно сильнее, чем у з. Ноги тонкие и довольно длинные, задние лапки узкие, с длинным 1-м члеником. Тело черное, надкрылья желто-бурые с изменчивым черным рисунком. Длина Sq 7—10.5 мм.

Распространение: в европ. части Союза распространен иа севере (Хибины, Печора, С. Урал и др.), очевидно свойственен всей полосе тайги, но всюду редок и, как кажется, спорадичен; вся лесная Сибирь (здесь обычнее, чем в Европе), С. Монголия, Манчжурия, весь Сахалин, сев. и ср. Япония (в горах). В Зап. Европе распространен на севере (Скандинавия, Финляндия), в средней Европе встречается в горах (Альпы, Карпаты), везде редок.

Evodоnus (Evodinellus) borealis (Gyllh.). (Фиг. 124, 125)Экология. Стация: хвойные леса, личинка, как кажется, равви — вается в хвойных породах, лёт жуков в июне—июле, жуки встречаются на цветах.

Evodоnus (Evodinellus) borealis (Gyllh.). (Фиг. 124, 125)

Фиг. 125. Evodinus borйal s Gyllh. 1 —ab. fulvipennis nova, 2 — ab. grisescens Pic, 3 — ab brunneonotatus Pic, 4 — ab. pictus Maki., 5 — ab. disap’calis nova, 6 — f. typi. a, 7 — ab. basi — fenestratus nov, 8 — ab. fulvtpictas nova, 9— ab. latejbscarus Pic, 10—ab. octosignatus nova, 11 — ab. posticesпgnaius nova, 12 — ab — obscurissimus Pic.

Изменчивость. Рнсуиок надкрылий изменчив, причем нередки случаи почти полной редукции рисунка. В типичном случае надкрылья буро-желтые, желто-бурые или светлорыжне, основание, перевязь перед серединой, перевязь в последней трети и большое пятно иа краю посе­редине— черные; часто шов между перевязями зачернен, и тогда перевязи образуют как бы С-образлую, открытую наружу полосу, внутри которой лежит черное краевое пятно (f. typica); в сторону редукции рисунка дает несколько форм, крайней из которых является форма с одноцветно рыже­бурыми надкрыльями (ab. fulvipennis nova), крайняя меланистическая форма имеет надкрылья одноцветно черные (ab. obscurissimus Pic); окраска ног и усиков колеблется от бурой или рыжеватой до черной (фиг. 125). О писанная с „Урала“ „Pidonia grisescens Pic" является одной из аберраций этого вида.

ОБЪЕДИНЕНИЕ; ТЕОРИЯ СВЕРХОРГАНИЗМА

Конечно, очень странно, что так часто семья реаги­рует подобно единому целому. В силу этого одна старая теория, принятая многими учеными, утверждает, что мы имеем перед собой не общество животных, подобное чело­веческому, а организм нового типа.

«Пчелы,— говорит Бергсон,— представляют собой еди* ный организм в прямом, а не в переносном смысле». Эта теория только с виду кажется странной, но если вдуматься в нее, то станет ясен не один непонятный факт. В частности, в функциях пчелы-одиночки и пчелы в группе столько различий, что они, можно сказать, не имеют ничего общего. Для того чтобы убедиться в этом, лучше всего рассмотреть их поочередно, что мы и сде­лаем.

Продление жизни. Самым важным является то, что пчела (так же, как муравей или термит) не может прожить одиночкой. Когда-то, вместе с Грассе, я изучил это явление. Нас удивила легкость, с какой погибает общественное насекомое, оказавшееся изолированным. В несколько дней исчезает больше половины разобщен­ных, изолированных пчел, тогда как оставшиеся вместе выживают. В некоторых случаях недостаточно даже сгруппировать две-три особи, чтобы достичь заметного продления их жизни. Впоследствии я повторил во всех подробностях эти опыты на пчелах. Добавление к корму витаминов (таких, как пантотеновая кислота) заметно удлиняет жизнь одиночек. Кроме того, если они могут хоть немного, хотя бы через густую металлическую сетку, общаться со своими живущими группой сородичами, это оказывается достаточным для того, чтобы жизнь их до­стигла нормальной продолжительности. Но если оди­ночки отделены от группы двумя слоями металлической сетки, не допускающими обмена кормом, они очень скоро гибнут. Следовательно, этот обмен необходим для жизни. Некоторые работы Гайдака из университета в Миннезоте разъясняют нам природу обмена. В организме молодых пчел содержится значительно больше витаминов группы В, чем в организме старых пчел. С другой стороны, мы видели, что добавление витаминов (и именно витаминов группы В) к корму одиночек удлиняет срок их жизни. Следовательно, весьма вероятно, что обмен заключается в витаминизированном корме, скорее всего в «молочке», которое могут выделять только молодые пчелы.

Дыхание. Дыхание изолированной пчелы не пред­ставляет собой ничего такого, что особенно отличало бы ее от других насекомых. Обмен веществ идет довольно активно и сильно повышается во время полета. То же наблюдается у жуков и у бабочек

Перейдем теперь к изучению улья в целом, и все изме­нится. Погружая тонкие зонды в самую сердцевину массы пчел, мы легко извлечем " пробы внутреннего воздуха. И вот с крайним изумлением мы устанавливаем, что ис­порченный воздух образует скопления, в которых содер­жаний углекислого газа может превышать 3 процента (напоминаю, что в атмосфере оно едва достигает 0,2 про­

Цента). Содержание же кислорода в них также пони­жено. Нужно сказать, что углекислый газ как будто бы не очень стесняет пчел. Им часто пользуются в лабора­ториях, чтобы усыплять многих насекомых, например, перед хирургическим вмешательством, и при этом легко добиваются анестезии на четверть часа и дольше без всяких неприятных последствий для подопытных особей. Но пчелы (если только не продержать их долго в чистом углекислом газе) остаются неподвижными всего лишь в течение нескольких минут и сейчас же возобновляют свою нормальную деятельность.

Как же в таком случае обстоит дело с вентиляцией, жк торую наблюдал Франсуа Губер и которая способна в неко­торых случаях заставить сильно отклониться пламя свечи, поставленной у входа в улей? Она, действительно, имеет место в некоторых случаях, но отнюдь пе относится к числу постоянных явлений. Например, если вы подой­дете к улью в майский вечер, в разгар взятка, то услы­шите гул, производимый сильной вентиляцией. Длинные ряды рабочих пчел, повернувшись в сторону летка, ва — няты тем, что. машут крыльями. Делают они это не столько для того, чтобы освежить воздух в улье, сколько для удаления излишка воды из нектара.

Можно также быстро ввести в улей литр. чистого угле­кислого газа — сейчас же послышится характерный гул и сильная струя воздуха вырвется из летной щели. Вен­тиляция настолько действенна, что зонды, введенные через несколько минут после того, как она началась, позволяют установить значительное снижение процента углекислого газа — теперь он составляет не более 0,5 процента. Но, подчеркиваем, улей не вентилируется нор­мально и постоянно. В обычное время скопления испор­ченного воздуха, которые не могут свободно распростра­няться, так как они обязаны своим происхождением пу­стотам в слое пчел, иногда сильно стиснутом между двух сотов, медленно и нерегулярно уничтожаются по мере перемещения пчел.

Поддержание определенной темпе­ратуры. Речь идет о явлении чисто социального по­рядка, которого не найти у изолированной пчелы, относя­щейся, как и все насекомые, к пойкилотермным, то есть холоднокровным животным. Температура ее соответствует температуре окружающей внешней среды. Исключение составляют только такие особые обстоятельства, как полет. Во время полета температура грудной поло­сти может подняться до 40 градусов и выше вследствие интенсивной деятельности мускулатуры крыльев. Но и это является обычным для многих летающих насекомых.

Однако, изучая поведение пчелы при наличии тепло­вых раздражений, Леви и Рот наблюдали странное явле­ние. Они применяли установку с термопреферендумом, которую иногда называют тепловым прибором Гертера. Это длинная медная пластинка, подогреваемая с одного конца и охлаждаемая с другого, так что получается теп­ловой измеритель. По правде говоря, наблюдения за оди­ночной пчелой, введенной в такую установку, не дают ничего особенно интересного. Как и всякое другое насе­комое, она устраивается в известной зоне (термопрефе — рендум) между двумя тепловыми полюсами. Но стоит ввести в аппарат несколько пчел, и все сразу меняется: они бессистемно перемещаются в нем до тех пор, пока не соберутся в небольшие группы без всякого отношения к тепловым измерениям. Очень тонкий термометр, вве­денный ч внутрь группы, отмечает всегда одну и ту же температуру: от -)-31 до-1-32 градусов, то есть температуру пчелиного гнезда. Иначе говоря, уже очень небольшая группа рабочих пчел (десятка три) оказывается способ­ной создать свой собственный климат точно так же, как это делают пчелы в нормальном улье. И температура •субстрата, будь то 10 или 40 градусов, не играет никакой роли. Впрочем, в зоне, лежащей ближе к высшему пре­делу, группа, если она слишком слаба, не может долго поддерживать свою собственную температуру. Тогда на­чинается вентиляция, в которой принимают участие все пчелы, а затем группа распадается.

Трудно найти столь выразительный пример в других областях деятельности насекомых.

Напомним, что выделения из организма полностью прекращаются в группе пчел: пчела в улье никогда не освободит свой кишечник, даже если вследствие долгого затворничества он переполнен так, что вот-вот лопнет

Примеры социальных тропизмов мы уже видели, раз­бирая работы Зендлера и Леконта. Одиночная пчела не так отчетливо геонегативна, то есть не та1Г явно избегает соприкосновения с землей, как рой. Точнее говоря, это трудно установить, так как она находится в чрезвычай — — цом возбуждении. Она проявляет очень сильную положи­тельную световую реакцию, в то время как группа пчел реагирует на свет скорее отрицательно или совсем не реагирует. Особенно поучительно в опытах Леконта то, что пчелы образуют группу еще прежде, чем направятся к клеточке на зов «трубачей».

Критическое число. Интересно также от­метить, что различные социальные функции проявляются лишь тогда, когда соберется определенное, неодинаковое для каждой функции число пчел. Легче всего вызвать разделение труда. Оно может проявиться тогда, когда собираются только две пчелы, как это отметили, каждый совершенно самостоятельно, Милошевич и Рубо.

Агрессивность, сказывающаяся в форме нападения на чужака, проявляется лишь при наличии не менее десяти пчел (Леконт; см. главу III).

Развитие яйцевых трубок у молодых, только что вы­шедших из личиночной стадии пчел происходит должным образом лишь в группах, состоящих не менее чем из двадцати пчел (Пэн, 1953).

Термогенез (выработка тепла, характерная для группы пчел) требует тридцати пчел (Леви и Рот, 1953).

Социальные тропизмы (привлекательная сила «труба­чей», сидящих в клеточке) проявляются только тогда, когда число пчел достигает 50 (Леконт).

Продолжительность жизни сколько-нибудь нормальна лишь в группах, насчитывающих по меньшей мере сто рабочих пчел (Шовен, 1952).

Теория сверхорганизма. Попытаемся от­влечься от привычного понятия о рое и представить себе пчел как организм нового типа. Эти живые существа, место которых на одной из верхних ступеней эволюции, могут быть сопоставлены с животными класса губок, занимающими одну из низших исходных ступеней ее. Сравним их с устойчивым организмом, полости которого заполнены скоплениями газов с большим содержанием углекислоты, в котором сильнодействующий механизм вентиляции работает лишь от случая к случаю. Обмен некоторых веществ, например витаминов или различных питательных веществ, по всей вероятности, высокоакти­вен. Никсон и Риббандс дали шести пчелам радиоактив­ный фосфор. Через 24 часа 40 процентов всего населения улья (составляющее до 40 тысяч пчел) было радиоактив­ным. Это яркий показатель активности обмена питатель­ными веществами внутри сверхорганизма. Организм этот — двуполый (ведь в каждом улье есть самцы и самка), но двуполость эта носит сезонный характер, так как самцы исчезают с наступлением холодов. Он обла­дает органами защиты (сторожевые пчелы), органами, выделяющими воск (строительницы), и своеобразной мат­кой (масса кормилиц), внутри которой расплод разви­вается до конца стадии куколки.

Такая концепция интересна только в том случае, если ее можно применить, то есть если она подсказывает новые опыты,— таков закон науки. Какие же гипотезы можем мы построить, исходя из теории сверхорганизма?

Эта теория явно приводит к перемещению интереса с матки на семью в целом. Матка уже не «царица», а про­сто-напросто — орган воспроизводства. А взгляд на семью как на двуполый организм может подсказать ряд опытов. Что, например, случится, если изменить равно­весие за счет женского элемента или наоборот?

В первом случае (при изъятии матки) мы постепенно придем к небывалому возрастанию количества самцов, так как у старых рабочих пчел разовьются органы яйце­кладки и они будут откладывать неоплодотворенные, а, следовательно, дающие самцов, яйца. Рост рождаемости самцов в короткий срок приведет семью к гибели. Мы меньше знаем о возможных последствиях усиления жен­ского элемента улья. Однако Ковтуну[12] удалось с по­мощью искусной техники добиться сожительства в одном улье нескольких плодоносящих маток, в результате пре­кратилось рождение трутней. Столь любопытные ре­зультаты должны заинтересовать исследователей, кото­рым было бы полезно продолжить эти опыты.

С другой стороны, в каждом организме есть тенденция к возмещению наносимого ему ущерба. С тех пор как открыт метод искусственного роения, пчеловоды узнали, с какой быстротой может восстановить свои потери силь­ная семья, у которой отняли половину ее состава. При­нято считать, что слишком большое число рабочих пчел приостанавливает развитие и не оставляет матке места для яйцекладки.

Так ли это? Располагаем ли мы данными о системати­чески проводившихся опытах, при которых семье предо­ставляли бы все пространство, какое может ей понадо­биться, измеряя при этом быстроту ее роста? Почему, с другой стороны, лист вощины, вставленный прямо по­среди сотов с расплодом, в несколько часов оказывается превращенным в сот и засевается яйцами, тогда как во всяком другом месте для этого зачастую требуется не­сколько дней? Не существует ли здесь, как и во всех орга­низмах, зон, где способность к восстановлению достигает максимума?

Наконец, вполне вероятно, что существуют «нервные» центры, из которых исходит та или иная общественная регулировка. Одним из них, строение которого было бы очень важно изучить, является тепловой центр, особенно заметный на маленьком клубе. В нем наблюдается теплая зона с температурой в 31—32 градуса, иногда ограничен­ная несколькими сантиметрами, окруженная большим скоплением пчел с гораздо более низкой температурой. Матка не обязательно находится в самой теплой зоне. Не имеем ли мы здесь дело с очень точной регулировкой температуры, исходящей всегда от однйх и тех же рабо­чих пчел, особенно чувствительных к температурным колебаниям?

Будущее и экспериментаторы покажут нам, доста­точны ли классические концепции пчелиной семьи для объяснения всех этих явлений или же пчелы (и другие общественные насекомые) представляют собой организм нового типа, в котором составляющие его «клетки» уста­навливают между собой отношения, хоть и очень тесные, но все же не предполагающие ту обязательную, нераз­рывную близость, какую мы видим между клетками дру­гих живых организмов.

Щелкун полосатый (АдгкЛез Ипесйш I.)

Среди щелкунов — опасных вредителей растений — хорошо извеспен щелкун полосатый из рода агриотес.

Распространение. Обитает он в степной зоне на юге европей- ской части страны и в Западной Сибири.

Внешние признаки. Окраска жука черно-бурая, иногда кашта­новая. Длина 10 — 14 мм. На надкрыльях широкие темные проме­жутки между точечными бороздками чередуются с более узкими, которые имеют более густой и светлый волосяной покров.

Образ жизни. Зимует полосатый шелкун в почве. Зимовать мо­гут и личинки, для которых почва является родным домом, и взрос­лые жуки, которые для этого зарываются сюда по осени. Рано вес­ной личинки превращаются в куколок, а уже те — в полноценных жуков. И вот наступает время, когда они покидают свои зимние убежиша и вылетают навстречу солнну. С апреля до сентября в по­лях и на лугах можно встретить этих элегантных жуков. В отличие от близких своих родственников — других шелкунов этого же ро­ла, наш герой светолюбив и ведет открытый образ жизни. Полоса­тый шелкун часто летает, нередко сидит на освешенных частях рас­тений. Излюбленная его пиша — листья злаков.

Хорошо поев, накопив жирку, самка приступает к самому важ­ному делу своей жизни — к откладке яии. Устраивает она их в ук­ромные места — под комочки земли или в трешины почвы, на не­большую глубину. Каждая самка может отложить до 150 яии.

Щелкун полосатый (АдгкЛез Ипесйш I.)

Спустя несколько дней из каждого яичка вылупляется крохотная личинка. Поначалу ее и не заметишь, столь мала она и неприметна. Но ведь главное занятие ли­чинок — еда. А когда много ешь — быстро растешь.

Щелкун полосатый (АдгкЛез Ипесйш I.)За свою жизнь личин­ка несколько раз линяет, сбрасывая тесную шкур­ку. И вот, наконеи, из мягкой белой крошки она превращается в твердую, словно кусок проволоки, крупную личинку. Алина ее при этом достигает почти

3 см. Достигнув зрелости, личинка шелкуна, подоГжо личинкам всех других жуков, перестает питаться и замирает. И этот период с ней происходит настоящее волшебство: из кусочка ржавой проволоки ‘ она превращается в нежную белую куколку. Куколка уже очень напоминает взрослого жука: на ее теле отчетливо вид­ны і олова, надкрылья, усики, но все это еше должно отвердеть и приобрести окончательную, жучиную форму. Процесс превраще­ния — метаморфоза длится несколько дней.

И вот комочки почвы раздвигаются, словно ворота подземного царства, и на Ьожии свет появляется молодои жук. Он, вероятно, с удивлением и восторгом оглядывается, принюхивается. Все для него необычно: вместо темной подземной тесноты перед ним бес­крайний сияюший солнцем волшебный мир, где ему предстоит жить долго-долго — до самой осени.

Роль в природе. Личинки нашего шелкуна неразборчивы в пи­ше: едят все что ни попадя — корни и клубни почти всех полевых и огородных сельскохозяйственных культур. А если придется жить в лесном питомнике, то и здесь находят они себе пригодный *прч: с жадностью набрасываются на корни молидыл елочек и сосенок, выедают прорастающие семена. В поисках пропитания

НАНОСИМЫЙ ВРЕА

подпись: наносимый вреа

Личинки питаются корнями и клубнями почти всех полевых и огородных культур, повреждая растения.

подпись: личинки питаются корнями и клубнями почти всех полевых и огородных культур, повреждая растения.Личинки вынуждены совершать целые подземные путешествия, передвигаясь тез вверх, то вниз, то в одну сторону, то в другую. Быстро растут личинки, по­едая все новые и новые порции корней: поначалу самые тонкие, с волос толщи­ной, но постепенно все более и более толстые. Вред от них огородникам и ле­соводам очень большом.

Закончилось наше небольшое путешествие в удивительный мир жуков.

Ни один из 20 тыс. их видов, живуших на территории России, не похож на другой. Каждый своеобразен, имеет неповторимый облик и привычки. В книге описан 41 жук. Легко можно было бы выбрать для описания другие виды. И они так же поразили бы нас своей оригинальностью.

Задолго до появления на Земле человека жуки вместе с другими насекомыми заселили все ее уголки. Каждому природа предназначила свою роль, и сушествование каждого имеет смысл. Лишь человек со свойственным ему эгоизмом разделил их на полезных и вредных для себя. Теперь мы знаем, что во многих случаях сами сотворили себе врагов, с которыми постоянно ведем борьбу.

Но если человек действительно существо разумное (Homo sapiens), он должен найти способы мирного сосушествования со всеми обитателями Земли, и сохранить всем жизнь, в том числе древнейшим ее обитателям, названным им жуками.

[1] Мина повреждение лис та, при когором личинка нас екомого вы­едает мякоть лис та. ос тавлня неповреждеюзоП его прозрачную верхнюю и нижнюю кожицу эпидермис.

СЕМЕЙСТВО ЩЕЛКУНЫ (ЕЬАТЕШБАЕ)

К

То в детстве не играл с жуком-шелкуном? Это презабавная живая игрушка. Поймаешь такого жучка, перевернешь его на спину, положишь на ладонь и ждешь. Через мгновение он поднатужится, с легким шелчком подпрыгнет, в воздухе перевернется и шлепнется обратно, на все свои шесть ног.

Но не думайте, что шелкун делает это лишь для того, чтобы позабавить вас. Упав на спину, шелкун при своих коротких ногах не может обычным способом перевернуться обратно. Так бы он и лежал, беспомошный, пока кто-нибудь ненароком не наступил бы на него. Но природа дала ему удивительную способность избегать подобных ситуаций.

Механизм прыжка таков. На нижней стороне переднегруди жук имеет шиповидный отросток, а на среднегруди соответствующую этому отростку ямку. Упав на спину, жук отгибает переднегрудь как можно дальше назад. При этом отросток выходит из ямки. Затем жук сгибает переднегрудь вперед, так что отросток снова должен войти в ямку, но это происходит с трудом. Отросток сначала не входит сюда.

Лишь спустя мгновение при сильном напряжении сгибаюших мыши он наконец со звуком щелчка попадает на место и точно входит в ямку. Получается сильный удар как раз против упругого основания надкрылий, и тело жука вследствие противоудара подбрасывается вверх.

Эти прыжки — надежное средство зашиты, так что в минуту опасности шелкуны даже не пытаются воспользоваться крыльями. Хотя крылья у них имеются.

И летают они вполне сносно. Правда, полет их весьма своеобразен. Тело жука в воздухе располагается почти вертикально, напоминая знаменитый акробатический полет «кобра» современных самолетов-истребителей. Распластав широко надкрылья, жук летит сравнительно медленно.

В полете его легко поймать сачком.

На территории России обитает великое множество шелкунов — свыше полутысячи видов. (А в мировой фауне их около 10 тыс!)

Все шелкуны имеют плоское, гладкое, удлиненное тело обтекаемой формы; на переднем и заднем концах оно обычно несколько сужено.

Есть шелкуны, которые ведут ночной образ жизни, а днем сидят, забившись в укрытие. Но большая часть этих жуков любит теплую и солнечную погоду. В жаркие летние дни они совершают порой дальние полеты.

Средний размер шелкунов — 10 — 15 мм, но встречаются среди них виды-пигмеи — длиной не более 2 мм и виды-гиганты, достигающие 50 мм. Окрашены они чаше однотонно, в серый или черный ивет. Хотя есть среди представителей этой группы и красавиы, выбирающие себе индивидуальный наряд. Например, различные особи шелкуна медного могут иметь тело и зеленое с металлическим отливом, и бронзовое, и синее, и даже красно-фиолетовое.

Личинки шелкунов получили название проволочников за их вытянутое тело с гладкими и очень плотными желтыми покровами. Обитают они в почве, в гнилой отмершей древесине, иногда в грибах. Есть среди шелкунов и хишные виды. Но все же жуки и личинки большинства шелкунов предпочитают растительную пишу.

Среди шелкунов много вредителей сельскохозяйственных и даже лесных (в питомниках) растений. В подземных своих убежищах личинки подгрызают корни, портят семена, клубни.

У шелкунов, как и у всех живущих на Земле животных, есть природные враги. Прежде всего, это крупные птииы семейства врановые. Особенно достается им от грачей. Каждая птииа съедает за год более 8 тысяч личинок — проволочников. В почве их поедают кроты, землеройки.

Однако при массовом размножении шелкунов никакие хишники не могут с ними справиться. И тогда браться за это приходится человеку. Для этого чаше всего применяют пестиииды. В последние годы найдено более безопасное средство. Жуков отлавливают с помощью половых феромонов — веществ, аналогичных тем, которые самки испускают, призывая к себе самиов. Обманутые самиы слетаются на призывный запах и попадают в ловушки.

Evodinus (s. str.) interrogationis (L.) (Фиг. 122, 123)

L nnй, 1758: 398 (Leptura); Mulsant, 1863 : 484 (Pachyta)1, Solsky, Horae Soc. Ent. Ross., VII, 1871:394 (,Pachyta); Blessi^, 1873:239 (Pachyta); Kraatz, 1879:65, t. I, f. 16-26 (Pachyta); Ganglbauer, 1881 : 713; 1882: 35 (Bachyta); Якобсон, 1910, т. 63, ф. 18 (Brachyta); Reitter, I9Ь : 10, 1.131, f. 8; Плавильщиков, Ревиз. 1915 : 357, 370, piiз. 1—16; Plavilstshikov, Folia Zool. et Hy drob., IV, I, 1932 :16—31, figf. 1—120; Pic, Mat. Long. XI, 1934 : 21—32.— punc­tata Kraatz, 1879 : 65, t. I (Pachyta). — amurenszs Kraatz, 1879 : 65,1.1 (Pachyta).

Характеризуется отсутствием придатка на 11-м членнке н предвер­шинного кантика на 5—10-м члениках усиков $у слабо нли совсем не
вдавленным основанием наличника, лишенной бархатистого покрова переднеспинкой; шов надкрылий даже у меланнстнческнх форм обычно хотя бы частично светлый. Голова в довольно крупной пунктировке, покрыта серовато-желтоватыми волосками. Усики у <5 только слегка захо­дят за середниу надкрылий, членики в довольно густой пунктировке и нежных волосках, без особой грубой скульптуры. Переднеспинка в длину в 1.2—1.5 раза больше, чем в шнрниу, слегка сужена к вершине, с хорошо развитыми пере­тяжками и небольшими боковыми буграми; густо пунктирована, обычно с укороченной продольной полоской посредине диска, глад­кой и блестящей; в довольно густых, серо­вато-желтоватых или рыжеватых волосках.

Evodinus (s. str.) interrogationis (L.) (Фиг. 122, 123)Надкрылья постепенно сужены к вершине, у 2 более параллельные, на вершине окру­глены илн слегка притуплены, плечи вы­даются слабо; пунктировка довольно мелкая, ио достаточно резкая, густая, к вершине не­много сглажена, слегка морщинистая; воло­сяной покров желтого илн грязно-желтого цвета, довольно короткий н редкий. Ннжняя сторона тела в мелкой пунктировке и др- вольно длинных серых нли желтоватых во­лосках. ПнгндийЗ вырезанный и дугообразно выгнутый, у 2 выгнутый. Тело черное, над­крылья буро-желтые с очень изменчивым

Черным рисунком. Длина 3$ 9-18.5 мм. фиг. 122. Evodinus interrogation

Распространение: в европ. части nis L. х 3.25—6.

Союза обычен всюду в полосе тайги, южнее

Более редок, встречаясь в хвойных лесах; в черноземной полосе встре­чается уже спорадически, в больших борах; вся Сибнрь, весь Сахалин, С. Монголия, Манчжурия, Корея, сев. и ср. Япония; Кавказ (окр. Эльбруса, Теберда-курорт). В 3. Европе обычен иа севере, в средней части рас­пространен широко, но встречается преимущественно в горах.

Экология. Стация: хвойные леса, личинка развивается в хвойных деревьях, лёт жуков с середины мая по середину июля, жуки встречаются на цветах; местами в Сибири встречается массами (так в окр. Шебалина, на Алтае, П. Р. Валдаевым было собрано для автора в 1932 г. в течение месяца около 6000 экз.).

Изменчивость. Чрезвычайно изменчив по окраске тела и в осо­бенности по рисунку иадкрылий; более илн менее изменчива форма тела н скульптура надкрылий (то густая и явно морщинистая, то более редкая, совсем не морщинистая). При огромном ареале не дает достаточно обособленных географических форм, хотя определенные ряды аберраций

Я являются в значительной степени связанными с теми нли иными ареалами. Тем не менее, выделение таковых рядов в качестве единиц географического порядка не представляется возможным, т. к. обособлен­ными ареалами оии не обладают, различаются между собой исключительно цветовыми привнаками н связаны рядом переходов. В настоящее время

Evodinus (s. str.) interrogationis (L.) (Фиг. 122, 123)

ШШШШЙ

І/78v/79^80^ ^81^82Vf 83^84ІУ85ІУв6^87^88^89^9

^21 ^4 ^5 ^96^7 ^8 ^9 ^00 ^(

10СТ02^0*Л04/Ю5

Evodinus (s. str.) interrogationis (L.) (Фиг. 122, 123)

12 №22^123^24^25^26^127^28^129^130^13Т®Ч323Ч 33^134*135

Мне представляется возможным только разделение этого внда на два цикла форм, причем в качестве третьего, условного цикла, может быть выделен третий ряд, характеризующийся значительно меньшими размерами тела, но в рисунке своем повторяющий формы одного нз двух первых циклов. 1-й цикл — формы ряда interrogation is — характеризуется тем, что при редуцированном рисунке черные пятна надкрылий имеют более илн менее продольные очертания н узки, т. е. мало округлы; при меланнсти — ческих уклонениях продольная полоса надкрылий обычно сливается с прн — щитковым пятном. Формы этого цикла распространены на площади всего ареала вида. 2-й цикл — формы ряда punctatus — характеризуется боль­шим процентом особей с редуцированным рисунком надкрылий, причем пятна более нли менее кругловаты, не узкие, не носят характера коротких штрихов; у мелаиистнческих форм продольная полоска расширяется, но с прнщитковым пятном сливается только изредка. Формы этого цикла свойственны преимущественно Сибири, где более обычны иа востоке, начиная с Амура; онн же распространены на Сахалине, в Манчжурии; но там же встречаются н формы цикла interrogation is, и притом в достаточ­ном количестве. 3-й цикл—формы, выделенные в свое время Kraatz’oM под названием amurensls. Для атнх форм характерны только заметно меньшне размеры тела; обычно оии встречаются на Амуре н в Уссурий­ском крае; по размерам онн дают ряд переходов к другим циклам, в рисунке повторяют рисунок цикла punctatus, иногда и interrogations; вне В. Сибирн встречаются иногда особи, вполне совпадающие с ати — rensis по размерам н форме тела. Возможно, что особи этого цикла являются особой морфой, но еще более вероятно, что это просто карли­ковые формы. В моем обзоре изменчивости Е. inter го gat ionis (1932) я разбил его иа три основных ряда форм, а именно на ряд „punctatus — Formen“, ряд „macuiato-striatus Formen“ н ряд „nlgrinus-Formen“, причем к 1-му ряду относятся как раз формы ряда punctatus, к 2-му н 3-му— формы interrogationis~ наряду с формами punctatus, т. к. очень часто установить принадлежность того нлн иного меланистического уклонения к тому нли иному ряду форм невозможно. Это обстоятельство является, по на­шему мнению, одним из наиболее веских доводов иевозможностн дро­бления E. interrogationis даже на морфы, так как, будучи довольно ясно разграниченными в случаях редукции рисунка, эти морфы оказа­лись бы неразличимыми во многих случаях рисунка сильно разви­того. В прилагаемой таблице по изменчивости E. interrogationis L. абер­рации расположены в порядке принятых мной раиее трех рядов (фиг. 123). Преимущественно в первом ряду, отчасти же и во втором, можно заметить наличие двух параллельных рядов изменчивости, а именно — формы с черным прищитковым пятиом, и формы без такового пятна; в таблице приведено несколько случаев (рнс. 1, 3, 5 и др.), остальные, в целях эконо­мии места опущены; названия для таких отклонений образуются через приставку „sub“ к названию формы, обладающей прнщнтковым пятном

(т. e. если для имеющей пргацитковое пятио формы название будет mediopunctatus, то для параллельной формы, такого пятна лишенной, оно будет submediopunctatus).